Бусёна Путятишна
Ты всех любишь. Это патология.

Начало ТУТ
25.01.2012 в 18:02
Пишет alunakanula:

Фанфик: "Пляж" (3/4)
Автор: Allthingsdecent
Название: Пляж
Рейнинг: R
Категория: ангст
Пейринг: Хаус/Кадди
Размер: 3360 слов
Примечание: Эта история не будет иметь для вас смысла, если вы не прочли «После падения» и «Обслуживание в номере», поэтому... чего вы ждете?
Отказ: Персонажи не мои, шоу не мое. Я просто делаю уборку на месте преступления под названием «Moving On».

Название оригинала: The Beach
Сайт оригинала: http://allthingsdecent.livejournal.com/5330.html
Переводчик: Alunakanula

Переведено на сайте: iwtb.ru

скачать фанфик целиком
Утром в день свадьбы Уилсона и Сони в ванной комнате гостиничного номера Кадди накладывала макияж, пока Бретт доставал свой праздничный наряд: штаны цвета хаки, белую рубашку и белый блейзер. Этот человек был в высшей степени предсказуем.

— Бретт, — Кадди пыталась держать свой голос в узде. — Я только хотела обговорить еще кое-что по поводу Хауса.

Часть ее не хотела говорить о Хаусе вовсе, но опыт подсказывал ей, что, если человек встречается с Хаусом впервые в жизни, его нужно подготавливать.

— Знаю, знаю. Он шафер Уилсона и мне нельзя его бить, — широко улыбаясь, произнес Бретт, застегивая пуговицы на рубашке.

Бретт не был из тех, кто считает угрозой бывшего любовника жены или любого подобного человека. Он принадлежал к типу «властелин вселенной» — бывшая школьная звезда по лакроссу, который женился (и затем развелся) на королеве выпускного бала, закончил с отличием престижную юридическую школу, обзавелся двумя прекрасными дочерьми и стал влиятельным судьей. Ему было пятьдесят, но он был в прекрасной форме — по-прежнему бегал по утрам, играл в сквош и в гольф. И, конечно же, недавно он добился прекрасной Лизы Кадди.

— Понимаешь, просто иногда он может посильнее выразиться, — объясняла Кадди.

— Посильнее? Что это значит? — он застегнул пояс, провел рукой по густым седеющим волосам и оглядел себя в зеркале.

— Другими словами, обычно он не очень-то вежлив со вторыми половинками его бывших.

Она вспомнила, как Хаус обращался с Лукасом. Не говоря уже о тех случаях, которые ей рассказывала о Хаусе и Марке Стейси...

Бретт много знал о Хаусе и Кадди. Он знал, что они вместе работали и встречались почти год. Он знал про аварию и даже про хаусову отсидку (Кадди спихивала часть вины на пристрастие к викодину).

Но, конечно же, он не знал, что его будущая невеста спала с Хаусом всего за два месяца до свадьбы. Кадди старалась быть с ним честной, но она еще была в здравом уме.

— Я смогу с ним справиться, — уверенно заявил Бретт.

Кадди пристально изучала свой макияж в увеличивающем зеркале.

— Никто не может с ним справиться. — «Кроме меня», подумала она. — Поверь мне.

— Напомни мне еще раз, почему мне нельзя приложить этого парня?

— Потому что я тебя попросила.

— Ясно. Хорошо.

— Послушай, я всего лишь прошу, чтобы ты не поддавался на его провокации. Не важно, насколько Хаус будет груб или высокомерен, просто не обращай внимания. Будь благоразумным. Ради меня. Можешь?

Бретт зашел в ванную и встал рядом с ней.

— Всё, что скажешь, милая, — сказал он и поцеловал Кадди в щеку.

— Спасибо, — поблагодарила она и глубоко и нервно вздохнула, надеясь, что муж не заметил этот вздох.

***

Первый раз Кадди увидела его, когда он прохромал по проходу и встал у алтаря рядом с Уилсоном.

Это была обычная свадьба на курорте — Санибел Айленд, Флорида. На всех друзьях жениха были бежевые льняные брюки и блейзеры и белые рубашки. Хаус-и-лён означало, что он будет еще более помятым, чем обычно. На Уилсоне была такая же одежда, но у его костюма была еще и жилетка, а выглядел он очень изысканно и аккуратно.

Хаус двигался неуклюже, как непоседливый подросток. Он стоял рядом с Уилсоном и явно теребил в кармане кольцо.

Выискав в толпе Кадди, он чуть заметно улыбнулся.

Она улыбнулась в ответ и едва уловимым жестом дала ему понять, что пора прекратить сутулиться.

Он выпрямился, и на секунду ее охватило странное, необъяснимое нервное возбуждение: он по-прежнему подчиняется мне. Он по-прежнему понимает мои намёки.

Бретт заметил, что она смотрит на Хауса, и собственнически взял ее за руку.

— Это он? — спросил Бретт.

— Да, — подтвердила Кадди.

Церемония закончилась и гости разбрелись к своим столикам.

Она уже видела схему размещения гостей. Конечно, Уилсон был слишком проницателен, чтобы посадить Хауса и Кадди за один стол. Хаус сидел с Чейзом и Форманом и несколькими другими врачами из Принстон Плейнсборо. (Энни не было. Она обязательно должна узнать об это поподробнее.) Кадди и Бретт попали за «разношерстный» столик, за которым сидели также тётя Уилсона, его соседи и женщина, которая причесывала его кота.

Боковым зрением она наблюдала за Хаусом. Было очевидно, что он распекал за что-то Чейза. В последний год или около того Хаус снова стал превращаться в прежнего хвастливого и самодовольного. Он еще не стал той же экстравагантной самоуверенной сволочью, каким она его когда-то знала, но и больше не проклинал себя и не посыпал голову пеплом, как было, когда он только вышел из тюрьмы. Сейчас он был похож на нечто среднее — прежний Хаус с печалью по краям.

От этих мыслей ее оторвал именно Хаус, постучав по бокалу и поднявшись для произнесения тоста.

— В жизни есть несколько вещей, от которых мы зависим, — начал он. — Смерть, налоги и еще одна свадьба Джеймса Уилсона.

Уилсон комично пожал плечами. Он ожидал этого.

— Для меня быть его шафером одновременно и честь, и волнение, но у Уилсона есть всего четыре друга. На этот раз просто пришла моя очередь.

Гости засмеялись. В отличие от Кадди, большинство из них не знало, насколько быстро Хаус способен перейти границу.

— Малоизвестный факт: Уилсон изначально спланировал, что у него будет свадеб ровно четыре — по количеству участников группы «Битлз». Именно поэтому рабби попросил «Ринго» вместо кольца (ring — кольцо (англ.) прим.пер.).

Снова зазвучал веселый смех. Ему везло.

Теперь Хаус поднял бокал и посмотрел на Соню.

— Соня, ты сегодня очень красивая. Ну, естественно. Он же женится только на красивых. Спит он со всеми, но женится только на красивых.

Это был первый раз, когда смешки стали слегка нервными.

Хаус провел рукой по щетине на своем лице. Взглянул на Кадди.

— Знаете, я виделся с Соней только однажды, когда они приехали ко мне в Балтимор, — продолжил он. — Во время того визита я заметил одну удивительную вещь. Уилсон был спокоен и расслаблен.

В толпе прозвучало несколько понимающих смешков.

— Да, те из вас, кто знает Уилсона, знают насколько это поразительно. Уилсон нервничает даже во сне. Он на этот раз он улыбался, он смеялся. Однажды он даже просто сбросил туфли. Ну ладно, у него были еще одни туфли, но всё равно. Это был большой шаг.

Гости захохотали. Хаус полностью овладел вниманием собравшихся. «Этот засранец очень хорошо может общаться с публикой, когда как следует постарается», — думала Кадди, вспоминая те бесчисленные разы, когда он отбыркивался от подобных речей во время их совместной работы.

— Всё это я говорю к тому, что причина, почему Джеймс Уилсон делает этот шаг — снова — кроется в том, что он нашел женщину, которая делает его настолько счастливым, что он просто не мог ее упустить. К тому же, он видел, как я смотрю на нее, и понял, что если не женится на ней сам, то это сделаю я... — Он поднял бокал вверх. — За счастливых новобрачных!

Бокалы поднялись вверх, послышались радостные возгласы и апплодисменты. Уилсон подошел к Хаусу и в шутку толкнул его кулаком в плечо, а потом обнял. «Так приятно видеть их такими!» — подумала Кадди.

Взгляд Хауса снова искал Кадди. Она одобрительно кивнула ему, улыбнулась. И он едва заметно, но гордо склонил голову.

***

Она знала, что в конце концов ей придется их познакомить. Она старалась придумать стратегию. Когда будет самое подходящее время? Попозже, когда она уже выпьет пару бокалов? Или сразу, быстро, как будто срываешь пластырь?

Хаус решил за нее. Когда пришло время десерта, он, хромая, подошел к ее столику.

— Привет, — поздоровался он и поцеловал Кадди в щеку, совершенно как ни в чем не бывало. Последний раз, когда Грегори Хаус находился так близко к ней, его лицо оказалось у нее между ног. Она почувствовала, что ей становится жарко.

Он протянул руку Бретту и представился:

— Грег Хаус.

— Бретт Алстон, — Бретт пожал руку Хаусу. — Отличный тост.

— Спасибо. Я просто обожаю произносить речи. Доктор Кадди знает.

— Доктор Кадди-Алстон, — поправил Бретт.

Ну вот. Начинается.

Но вместо того, чтобы сделать какое-нибудь саркастичное замечание, Хаус просто сказал:

— Ах, да. Поздравляю. Я рад за вас обоих.

— Спасибо, Грег, — ответил Бретт и посмотрел на Кадди взглядом «Это об этом парне ты меня предупреждала?»

— Уилсон заслуживает оваций, — сказал Хаус. — Четыре свадьбы. Неисправимый оптимист.

Бретт засмеялся.

— Думаю, этой сумасшедшей парочке всё удастся.

Дальше начался натянутый светский разговор об играющей группе (все решили, что так себе группа), о Бреттовой утренней игре в гольф (он набрал 97 очков), о том, где же Рейчел (в Диснейленде с Джулией и ее семьей). Кадди пыталась поддерживать эту болтовню, но было трудно, потому что она пребывала в шоке.

— Мне пора, — наконец сказал Хаус. — Взгляды, которые Форман бросает на мой десерт, заставляют меня нервничать.

Он попрощался с ними обоими и зашагал прочь.

— Ух ты. Какой грубиян, — поддразнил Бретт. — Спасибо за предупреждение.

Ей было не до веселья.

— Поверь мне, это было совершенно не в его стиле, — сказала она.

— Не сердись, — сказал он. — Вот, съешь мой десерт. — Он поднес ложку к ее губам. — Один кусочек ничего тебе не сделает.

***

Час спустя она получила смс-сообщение.

«На заднем дворе через 15 минут»

Она тут же почувствовала всплеск возбуждения, волнение и вину.

— Я схожу в дамскую комнату, — сказала она мужу. — Сейчас вернусь.

***

Он стоял возле мусорного контейнера у входа на кухню, облокотившись спиной на растущее рядом дерево.

Увидев ее, он не стал долго раздумывать, а подтянул к себе и жадно поцеловал. Она закрыла глаза и растаяла в его руках, сдаваясь на его милость. Она всегда сдавалась доктору Грегори Хаусу.

— Прекрати! — вдруг сказала она, отталкивая его прочь и злясь больше на себя, чем на Хауса. — Я не могу... Я теперь замужем.

— Я знаю, — сказал он. — Я видел объявление о свадьбе в «Нью-Йорк Таймс».

Он довольно посмотрел на нее, будто забавляясь.

— У вас определенно прекрасный и могучий муж, доктор Кадди.

Она прервала поток его сарказма:

— Не пори чушь про Бретта. Он прекрасный человек. Я бы не стала заходить настолько далеко и говорить, что тебе бы он понравился, но большинству людей он нравится.

— А чему там не нравиться? — серьезно спросил Хаус. — Он всегда победитель. Он практически излучает успех. Людям нравится находиться рядом с таким человеком.

Несомненно, он противопоставлял Бретта себе.

— К тому же он выглядит так, будто бы родился в ползунках, шитых на заказ, — добавил Хаус.

— А ты, — Кадди взялась дразнить его, с любовью разглаживая ладонью его мятую рубашку на груди, — совершенный неряха.

Хаус осуждающе посмотрел сверху вниз на ее руки, которые она тут же убрала.

— Мне кажется, мне нужна женщина, — пробормотал он.

— А Энни? — спросила Кадди.

— Кто?

— Девушка, с которой ты жил полгода назад.

— Ах, та Энни, — он улыбнулся во весь рот. — Ничего не вышло. Она слишком важничала.

Они оба уставились в землю.

Минуту спустя два гостиничных работника — парни в белых халатах и передниках — вышли из кухни покурить. Хаус приложил палец к губам и подтянул Кадди к себе, чтобы спрятать ее. Так они и стояли, наблюдая за парнями, пока те не ушли.

— Ну и как тебе замужняя жизнь? — наконец спросил Хаус, отпустив ее.

— Хорошо, — ответила она и, решив, что в ее ответе было недостаточно энтузиазма, добавила: — Правда хорошо.

— Рад слышать.

— Честно говоря, я не ожидала, что ты будешь так... приветлив с Бреттом, — призналась Кадди.

— Я полон сюрпризов.

— Это точно.

Во время разговора Хаус вытащил рубашку Кадди и пальцем стал водить
по поясу юбки, подвергая ее хозяйку танталовым мукам.

— Прекрати, Хаус, — неубедительно произнесла она.

Он убрал руку. Потом взял ее ладонь и переплел ее пальцы со своими.

— Прости, — сказал он.

Глядя на нее своими большими глазами, он пытался найти еще какие-нибудь намеки. Она глядела на него, пытаясь изобразить решимость. На ее лице отражалось желание.

Он поднял ее ладонь к своим губам, поцеловал тыльную сторону запястья, потом предплечье, а затем очень нежно поцеловал ее в шею.

— Прости, — снова сказал он.

Поцеловал в щеку.

— Прости.

Нежно, легонько он зубами потянул ее нижнюю губу, затем поцеловал.

— Прости, — снова повторил он.

Он целовал ее в полную силу, а она отвечала на поцелуй, не будучи в состоянии контролировать себя.

— Твою мать! — возмутилась она, отталкивая его. — Бретт же внутри!

— Я знаю, — снова сказал он, а потом умоляюще добавил: — Давай встретимся сегодня. Приходи на пляж.

— Хаус, я не могу.

— Почему нет? Я живу в номере 2150. У него есть частный выход на пляж. — И прошептал ей на ухо: — Кадди, ты нужна мне.

— Я нужна своему мужу, — парировала она.

— У него ты уже есть.

Она вздохнула.

— Позвони мне в 10:15, — сказала она. — Повесь трубку. Может быть, я смогу выбраться.

***

Они вернулись в гостиничный номер около десяти вечера после ужина в местном рыбном ресторанчике.

Бретт плюхнулся на кровать.

— Длинный был день, — сказал он, вальяжно потягиваясь.

— Знаю, — согласилась она, ложась рядом. — Но свадьба была красивая, правда?

— Не такая красивая, как наша, — сказал он.

— Соня была просто прекрасна, — сказала Кадди.

— Не так прекрасна, как ты, — снова возразил Бретт.

Он улыбнулся, поцеловал ее у губы. Он хотел заняться сексом?

Нет, он включил телевизор и нашел спортивный канал. Он просто старался быть милым. Сексуальный аппетит Бретта был более чем здоровым для мужчины его возраста, но у него не было того энтузиазма и бесконечного заряда, какой был у Хауса.

«Вот еще одна вещь, в которой мы с Хаусом совершенно совместимы», — подумала она.

Кадди в полглаза смотрела телевизор. Показывали что-то вроде десятки лучших игроков за день, но спорт ее вообще мало интересовал, если не сказать большего. Намного сильнее ее волновали часы, на которые она постоянно поглядывала.

10:17

«Может быть, он забыл позвонить...» — эта мысль наполнила ее странным сочетанием облегчения и страха.

Но минуту спустя ее мобильник залился трелью. Она ответила.

— На пляже позади номера 2150, — прошептал он и повесил трубку.

— Правда? — сказала она в умолкшую линию. — А разве в штате курорта нет медика? Понятно. А вы звонили в 911? Хорошо, я понимаю... Я сейчас приду.

Бретт озабочено посмотрел на Кадди.

— Всё в порядке?

— Что-то с сестрой Сони, — соврала она. — У нее учащенное дыхание и боли в груди. Они думают, что это приступ паники, но хотят, чтобы я ее осмотрела.

Сонина сестра была, по правде сказать, не только здорова, как лошадь, но и такая же пофигистка, как ее сестра, и так же подвержена приступам паники, как Далай Лама. «Одна ложь приводит к другой», — подумала Кадди.

— На этой свадьбе около 50 врачей. Неужели осмотреть ее можешь только ты? — удивился Бретт.

— Меня она знает. Со мной ей спокойнее, — объяснила Кадди. Последний раз она так врала в подростковом возрасте, когда нужно было улизнуть из дома с бойфрендом. «Уместное сравнение», — промелькнуло у нее в голове.

— Ясно, — Бретт широко зевнул. — Хочешь, я пойду с тобой?

— Нет, я сама. Они совсем недалеко...

— А ты точно не хочешь улизнуть к этому твоему бывшему бойфренду? — выдал Бретт.

— С чего это ты так решил? — она понадеялась, что голос ее не выдал.

— Эй, я просто шучу, — сказал он. — Я не хотел тебя злить.

— Ты не разозлил, — успокоилась она. — Я просто... беспокоюсь, что ты приревнуешь.

— Я? Приревную к бывшему заключенному, бывшему нарику, да еще и хромому? Вряд ли.

— Бретт!

— Прости, — он вдруг понял, что хватил лишнего. — Я не это имел ввиду. Но нет, я тебя уверяю, что не ревную.

Он поцеловал ее в губы.

— Не жди меня, — сказала она.

***

И какая же это женщина оставляет своего новоиспеченного мужа в гостиничном номере, чтобы заняться сексом с бывшим любовником?

«Только наркоманка,»
— подумала она. Можно двадцать лет не пить, а потом сделать всего один глоток, и ты уже летишь вниз. В ее случае это были пять минут в присутствии Хауса на парковке позади мусорника, и теперь она не могла дождаться новой дозы.

«Я люблю своего мужа, я люблю своего мужа», — повторяла она сама себе, но продолжала идти, будто бы ведомая какими-то силами, в направлении его люкса.

Он, как и обещал, был на частном пляже. На нем всё ещё была та же одежда, что и на свадьбе, но штаны были закатаны до колен, а обуви на ногах не было. Через плечо у него было перекинуто одеяло.

Она это заметила.

— Просто чтобы ты знал: я еще не решила, буду ли с тобой спать, — твердо заявила она.

— Я тоже, — сказал он и хитро подмигнул, а затем, протянув ей руку, спросил: — Не желаете ли похромать вдоль побережья, мадам?

— Ты уверен, что твоя нога это выдержит? — задала она встречный вопрос.

— Если ты не заставишь меня играть в волейбол, — ответил он. — Ко всем остальным играм я более чем готов.

Она нервно огляделась.

— А если нас кто-нибудь увидит?

— Например?

— Уилсон или Соня.

— Я уверен, что у них сейчас есть занятие поважнее.

— А другие гости со свадьбы? Половина из них живут на этом курорте.

— И что? — спросил он. — Никто из них не знает Бретта. Да они по-любому не выдали бы нас.

Она замешкалась.

— Доктор Кадди, а я уже говорил, как великолепно вы выглядите в лунном свете? — произнес он.

— Доктор Кадди-Алстон, — поправила она.

— Никогда!

Она нехотя засмеялась.

— Хотела бы я отвязаться от вас, доктор Хаус, — сказала она и взяла его протянутую руку.

***

Они нашли милое местечко около полумили от главного здания отеля, и могли чувствовать себя в безопасности. Хаус расстелил одеяло, вытащил из внутреннего кармана пиджака фляшку и сделал большой глоток.

— Ух ты! Ты знаешь, как нужно настраивать женщину на романтический лад, — пошутила она.

— Мне пришлось спонтанно собираться, — начал защищаться он. — Следующий раз, когда мы соберемся на поздний пикник, я обещаю тебе бутылку хорошего вина.

Она сделала глоток. Во фляшке оказался какой-то крепкий виски. Жидкость ее согрела и помогла расслабиться.

Он лег на спину, она легла на живот и положила голову на согнутые в локтях руки.

— Это здорово, — сказала она.

— Да, — согласился он. — Здорово.

Секунду они молчали.

— Ну так можно уже тебя поцеловать? — нетерпеливо спросил он.

— Ладно, один поцелуй.

Он повернулся к ней, коснулся ее подбородка, нежно поцеловал.

«Ну почему он так хорошо целуется?»

Она закрыла глаза.

— Боже, что со мной происходит? — спросила она.

— Ничего, — ответил он, поглаживая ее спину.

Нахальное выражение его лица говорило «Может, мы уже прекратим притворяться, что секса сегодня не будет?»

— Хаус, я не просто замужем. Я новобрачная.

— Мазел тов. (прим.пер. — пожелание счастья на идише)

— По идее я даже думать не должна об измене.

— Тогда не думай о ней, — сказал он.

Если бы всё было так просто.

— Но это неправильно, — обессиленно проговорила она.

— Послушай, Кадди, я вижу тебя хорошо если два или три раза в год, — начал он. — Бретту достаются все остальные дни. Я не понимаю, как это может быть предательством.

О, Грегори Хаус и его неубиваемая логика.

Она залезла в его внутренний карман, достала фляшку и сделала глоток. Ей хотелось набраться до такой степени, чтобы не чувствовать вины.

— Иди сюда, — сказала она, не в силах даже притворяться, что она сопротивляется, и схватила его за воротник. Он улыбнулся, навис над ней и снова поцеловал. На этот раз поцелуй был горячее.

— Еще один такой поцелуй, Кадди, и обратной дороги нет, — предупредил он.

— Я знаю, — сказала она и непроизвольно вздрогнула.

— Тебе холодно? — спросил он и, не дожидаясь ответа, снял пиджак и накинул ей на плечи.

— Зачем меня одевать, если мы оба знаем, что ты собираешься меня раздеть? — поинтересовалась она.

— А, так мы оба это знаем, да? — Он казался излишне довольным собой.

Она одарила его этой своей фирменной сексуальной улыбкой.

— Да.

Они оба были настолько поглощены моментом, что не заметили приближающуюся к ним в темноте фигуру.

— Похоже, что у меня всё-таки были причины ревновать, — прозвучал мужской голос.

Ошеломленная Кадди посмотрела вверх.

— Бретт!

— Вот дерьмо, — пробормотал Хаус.

Он был одет для ночной пробежки — серая футболка и красные шорты — и стоял над ними, скрестив руки.

— Простите, если вмешался во что-то очень личное, — сказал он.

— Ты следил за мной? — классическая манера виноватых — нападать.

— Сначала нет, — сказал Бретт, — но чем больше я об этом думал, тем странне мне всё казалось. Когда я упомянул Хауса, ты тут же перепугалась. Поэтому я решил пойти пробежаться и увидел то, что я увидел. И вот мы все здесь.

— Ничего не было, — сказал Хаус.

— Заткнись, Хаус, — отрезал Бретт. — Это дело моё и моей жены.

— Прости, — сказала Кадди и, поднявшись с одеяла, хотела взять Бретта за руку. Он одернул руку.

— Хаус прав. Ничего не было, — уговаривала она.

— Не ври, Лиза. Я видел, как вы целуетесь.

— Один поцелуй, — сказала Кадди. — Это был всего лишь один невинный поцелуй.

Всё было безнадежно и она это знала.

— А знаешь что? — вскипел Бретт. — Мои поздравления. Получай, чего хотела. Можешь провести с этим ущербным своим дружком всю оставшуюся жизнь. Я хочу развода.

Он развернулся и быстро пошел прочь.

— Бретт! — звала она, побежав за ним. Ее голос был на грани отчаяния. — Бретт!

Хаус смотрел, как она бежит за мужем, держа в руках сандали. Она не обернулась, чтобы попрощаться, даже забыла о его существовании. Она просто бежала за Бреттом, пока они не скрылись в темноте ночи.

Он вздохнул, сделал еще один большой глоток из фляшки, которую она уронила на одеяло, и лег.

— Вот дерьмо, — снова произнес он.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ

URL записи
Взято здесь

@темы: интересности, музыка